Мой Охотник  - Елена Рейн

Они переглянулись, и потом мужчина ушел, а мы остались вдвоем. Пытаясь распознать в их разговоре что-то важное, я вдруг осознала, что не вижу медсестры. Где она?! Постаралась улыбнуться, чтобы не выдавать своего состояния, тут же спрашивая:

– А где Елена?

– Ее помощь больше не нужна. Она оказалась не той, за кого себя выдавала, – грубо ответил Иван, с яростью сжимая вилку, насаживая на нее бекон.

– Враг? – спросила, надеясь, что он даст ответ.

– Да… Но не будем об этом, не хочу забивать твои красивые ушки глупостями.

– Она жива? – спросила первое, что ворвалось в сознание. Понимала, что не нужно, но во мне все сжималось от важности этого вопроса. В эти секунды вспомнила все, что говорил мне Охотник, и отчетливо осознала, что я в змеином гнезде.

Иван недовольно сжал губы, совсем не ожидая от меня такого вопроса, а потом поднялся и процедил:

– Как ты могла такое сказать? Мне плевать на эту су… женщину. Не хочу говорить на эту тему. Я не знаю, где она и что с ней.

– Прости, просто эта стрельба и непонятные разборки, – произнесла, пытаясь не паниковать. Но жизнь Елены меня волновала. А если… если ее убили? Столько ярости, гнева в словах Ивана, что хороших мыслей не появлялось.

– Понимаю, но я… не обижаю женщин, пусть она заслужила этого, – сказал мужчина таким тоном, очевидно, рассчитывая, что я оценю его благородность.

Даже не могла натянуть улыбку, чувствуя в воздухе злость, ярость, ненависть и страх. Мой страх. Я кивнула и, отодвинув от себя кружку, попросила:

– Поедем, мне нужно… подготовиться. Сам понимаешь, какой для меня важный день.

– Да. Не переживай, я тебя дождусь. Хочу первым тебя поздравить и быть постоянно рядом.

«С чего такое желание – не отпускать меня ни на шаг?!» – рассуждала, не зная, что думать. Меня удивляло это поведение. Он таким настойчивым и наглым никогда не был.

Встала со стула и пошла вперед, поспешно проговорив:

– Я в ванную. Подожди, пожалуйста.

Не успела зайти, как включила кран, тут же набирая Сергея, но телефон был отключен. Готова была кинуть трубку в стену, но сдержала порыв. Зачем обострять ситуацию, когда все плохо?

Прикрыла глаза, умоляя, чтобы с Сергеем ничего плохого не случилось. Главное для меня, чтобы он был здоров и рядом. Достала телефон и послала сообщение:

«Переживаю за тебя. Где ты? Иван везет меня в университет. Потом, по словам его отца, меня ждет сюрприз. Елена оказалась предательницей. Удивительно, но он ходит хорошо. Не знаю, что это все значит… Надеюсь, что с тобой все в порядке. Пожалуйста, ответь мне».

Отправила и вновь набрала абонента, но, слыша, что абонент находится вне сети зоны, еще раз написала:

«Люблю тебя».

Закусила губу, боясь отправить, но внутри все сжималось от желания это сделать. Волков должен знать.

Отправила и все стерла, не зная, чего ожидать от Ивана. Потом вышла и последовала за ним, не в силах привыкнуть, как он спокойно идет впереди и совсем не хромает.

Лена оказалась не той, кем он ее считал. Тогда кем? Кто эта девушка, и какую роль она играла во всем этом? Почему так получилось?

Ехали в напряжении, мужчина не скрывал того, что встревожен, и постоянно смотрел на часы, а потом повернулся ко мне и поинтересовался:

– Сколько тебе нужно времени? Когда примерно освободишься?

Нужно было сказать больше, чем есть, а потом… сбежать. Пока нет Охотника, не видела смысла оставаться у них в особняке. В крайнем случае я вызову полицию, расскажу, как есть, но вот так открыто маячить у семейства перед глазами, когда они так агрессивно настроены, бездумно и глупо. Меня выворачивало от страха и ужаса, поэтому нужно скрыться. Далеко. Или позвонить брату. Точно! Шторм. Мне поможет брат.

– Не знаю. Нам скажут, кто за кем идет. Я должна быть в первой пятерке, если ничего не изменилось.

– Хорошо. Буду рядом.

– Нет! – выдала громко, не желая, чтобы он был рядом в такой важный момент.

Иван резко повернулся ко мне и едко заметил:

– То есть ты мне запрещаешь?

– Да. Пойми, я сейчас в таком напряжении, и мне не нужно давление со стороны. Ты, да и другие… Не люблю, когда меня душат своим вниманием.

– Я не буду мешать, – настойчиво произнес Котлов, не желая отступать.

– Мне будешь. Я никого не хочу видеть. Напряжена и переживаю, – мгновенно стала говорить, надеясь, что он посчитает, что я нервничаю, и оставит меня в покое. Мужчины не любят общаться с женщинами в таком истеричном состоянии.

Иван недовольно вздохнул и, посмотрев на кожаный руль, что-то решая для себя, буркнул:

– Ладно, я буду в фойе или там… поблизости.

– В машине. На улице, – настойчиво попросила, не желая его видеть. Меня сейчас трясло. Не хотелось ничего. Тем более видеть его поблизости. Зачем? Пусть будет подальше, а я сбегу… Не хочу видеть никого из их семьи. Я допустила глупую ошибку. Нужно было сразу действовать через полицию… Зачем я попросила Охотника, когда все так ужасно? Но кто же знал…

Мужчина, видя мое угнетенное состояние, вздохнул и недовольно заметил:

– Хорошо. Но как только сдашь, позвони мне, и я тебя заберу. Никаких подруг, – заметив мое возмущение, Иван улыбнулся и ядовито-приторным тоном добавил: – У меня есть огромный сюрприз. Тебе понравится. Но так как ты без диплома ничему не будешь рада, то даю тебе возможность сдать на «отлично», а потом мы с тобой отпразднуем. Обещаю, будешь в всторге.

Когда автомобиль остановился на парковке института, поспешно открыла дверь, чтобы выйти, не дожидаясь джентльменской помощи, как вдруг мужчина дернул за руку, моментально оказавшись рядом, сладко выговаривая:

– Принцесса, я хочу пожелать тебе удачи.

Попыталась вырвать руку, как он сильно сжал мой подбородок и поцеловал, отчего почувствовала неприязнь и тошноту. Стояла, как статуя, не находя в себе сил ответить, презирая негодяя. Ему же было плевать, что я пытаюсь бороться, что мне противно. Иван наслаждался своей властью.

Как только ад закончился, Котлов мерзко улыбнулся мне и выдал:

– Зайка, ни пуха, ни пера.

– К черту, – выдохнула, посылая именно его, и пошла, сдерживая себя, чтобы не кинуться вперед, поскорее убраться от него, не чувствовать этот мерзкий взгляд.

«Господи, и как я могла встречаться с таким гадким человеком?! Почему была слепа? И где мой муж?!»

Оказавшись на своем этаже, увидела одногруппников, и сразу же подошла к отличнице, Барсуковой Екатерине, желая спросить, как обстоят дело с очередностью. Я была третья, поэтому пришлось идти к Светлане Петровне, руководителю дипломных работ, и просить пригласить меня первой, сказав, что в моей семье случилось несчастье. Она даже не стала спрашивать, что случилось, видя мое состояние, а потом кивнула, попросив приготовиться.